Веселая наука

Иконка: Аннотация Фридрих Ницше

Четвертая книга. Sanctus Januarius

321. Новая осторожность

Не будем впредь так много думать о наказании, порицании и исправлении! Отдельного человека редко удастся нам изменить; а если бы нам и удалось это, то, возможно, вместе с этим незаметно удалось бы и нечто другое: мы и сами были бы им изменены! Позаботимся, скорее, о том, чтобы наше собственное влияние на все грядущее уравновешивало и перевешивало его влияние! Не будем вступать в прямую борьбу! – и это ведь было бы уже порицанием, наказанием и стремлением к исправлению. Но возвысимся сами все выше! Придадим нашему идеалу все более яркие краски! Затемним нашим светом другого! Нет! Мы не хотим ради него делаться более темными, подобно всем наказывающим и недовольным! Отойдем-ка лучше в сторону! Отвратим наши взоры!
Иконка: К содержанию

322. Притча

Те мыслители, в которых все звезды движутся по круговым путям, не суть самые глубокие; кто всматривается в себя как в чудовищное мировое пространство и носит в себе Млечные Пути, тому известно также, как беспорядочны все Млечные Пути; они заводят в хаос и лабиринт бытия.
Иконка: К содержанию

323. Счастье в судьбе

Судьба оказывает нам величайшее внимание, позволяя нам некоторое время сражаться на стороне наших противников. Тем самым предназначена нам великая победа.
Иконка: К содержанию

324. In media vita!

Нет! Жизнь не разочаровала меня! Напротив, из года в год нахожу я ее более истинной, более желанной, более таинственной – с того самого дня, когда меня осенила великая освободительница: мысль о том, что жизни суждено быть экспериментом познающего, — а не долгом, не напастью, не мошенничеством! – И само познание: пусть для других будет оно чем-то иным, скажем некой опочивальней или путем к некой опочивальне, или развлечением, или праздностью, — для меня оно есть мир опасностей и побед, в котором и героическим чувствам дано танцевать и развиться.

   Жизнь – средство познания

— с этим тезисом в сердце можно не только храбро, но даже весело жить и весело смеяться! А кто сумел бы вообще хорошо смеяться и жить, не сумей он прежде хорошо воевать и побеждать?
Иконка: К содержанию

325. Что принадлежит к величию

Кто достигнет чего-нибудь великого, если он не ощущает в себе силы и решимости причинять великие страдания? Уметь страдать – самое последнее дело: слабые женщины и даже рабы часто достигают в этом мастерства. Но не сгинуть от внутренней муки и неуверенности, причиняя великое страдание и внемля крику этого страдания, — вот что действительно принадлежит к величию.
Иконка: К содержанию

326. Врачеватели души и страдание

Всем проповедникам морали, а также и всем теологам свойственна одна общая дурная привычка: они хотят внушить людям, что дела обстоят весьма скверно и что требуется жесткое, крайнее, радикальное лечение. И поскольку люди, все, как один, слишком ревностно и целыми столетиями подставляли ухо этим учителям, им в конце концов действительно передалось нечто от того суеверия, что с ними обстоит довольно скверно, так что теперь они весьма охочи до того, чтобы стонать и не находить в жизни ничего больше и корчить друг другу омраченные рожи, словно бы им и в самом деле невмоготу. В действительности они необузданно уверены в жизни и влюблены в нее, исполненные несказанных хитростей и уловок, чтобы одолеть любую неприятность и вырвать жало у страдания и злосчастья. Мне кажется, что о страдании и злосчастье говорится всегда в преувеличенных тонах, как если бы преувеличение выглядело здесь хорошим тоном; напротив, умышленно умалчивают о том, что существует уйма болеутоляющих средств против страдания, как-то: обезболивание, лихорадочная торопливость мыслей, спокойная поза, хорошие и дурные воспоминания, намерения, надежды и множество видов гордости и сочувствия, обладающих почти анестезирующим действием, тогда как при высших степенях страдания уже сам по себе наступает обморок. Мы горазды в подслащивании наших горечей, в особенности же душевных горечей; мы находим вспомогательные средства в нашей храбрости и возвышенных состояниях, как и в более благородных горячках покорности и резиньяции. Потеря остается потерей едва ли в течение одного часа; откуда ни возьмись, падает нам с неба подарок – скажем, новая сила или хотя бы даже новый повод для обнаружения силы! Чего только не нафантазировали проповедники морали о внутреннем убожестве злых людей! Чего только не налгали они нам о несчастье людей, подверженных страстям! – да, ложь здесь весьма уместное слово: они были прекрасно осведомлены о бьющем через край счастье этого типа людей, но хранили на сей счет гробовое молчание, так как это оказывалось опровержением их теории, согласно которой всякое счастье наступает лишь с уничтожением страсти и с подавлением воли! Что же касается рецепта всех этих врачевателей души и расхваливания ими жестокого, радикального лечения, то позволительно спросить: достаточно ли болезненна и тягостна на самом деле эта наша жизнь, чтобы с выгодой обменивать ее на стоический образ жизни и оцепенение? Мы чувствуем себя недостаточно скверно для того, чтобы быть вынужденными чувствовать себя скверно по-стоически!
Иконка: К содержанию

327. Принимать всерьез

У подавляющего большинства людей интеллект представляет громоздкую, подозрительную, скрипучую машину, завести которую – одна волокита: они называют это серьезно относиться к делу, когда намереваются поработать и хорошенько подумать этой машиной – о, сколь тягостно должно быть им это шевеление мозгами! Славная бестия, человек, теряет, по-видимому, хорошее настроение всякий раз, когда хорошо думает: он делается серьезным! И

   где смех и веселье, там мысли нет дела

– так звучит предрассудок этой серьезной бестии против всякой веселой науки. – Ну что ж! Покажем, что это предрассудок!
Иконка: К содержанию

328. Наносить вред глупости

Разумеется, столь затяжно и убежденно проповедуемая вера в негодность эгоизма нанесла в целом эгоизму вред тем именно, что лишила его чистой совести и велела искать в нем доподлинный

   источник всякого несчастья. Твое себялюбие – беда твоей жизни

– так проповедовали тысячелетиями: это, как было уже сказано, вредило себялюбию и лишало его во многом ума, веселости, изобретательности, красоты; это оглупляло, уродовало и отравляло себялюбие! – Философия древности, напротив, учила о другом главном источнике бед: начиная с Сократа мыслители не уставали проповедовать:

   Ваше умственное убожество и глупость, ваше беспечное существование по правилам, ваша подчиненность мнению соседа – вот причина того, почему вы столь редко бываете счастливыми, — мы, мыслители, суть счастливейшие люди, именно как мыслители.

Не будем решать здесь, была ли эта проповедь против глупости более основательной, чем та проповедь против себялюбия; несомненно, однако, то, что она лишила глупость чистой совести: эти философы нанесли вред глупости!
Иконка: К содержанию

329. Досуг и праздность

Какая-то краснокожа, свойственная индейской крови дикость обнаруживается в способе, каковым американцы домогаются золота; и их лихорадочный темп работы – сущий порок Нового Света – начинает уже заражать дикость старую Европу и распространять по ней диковинную бездуховность. Нынче уже стыдятся покоя; длительное раздумье вызывает почти угрызения совести. Думают с часами в руке, подобно тому как обедают с глазами, вперенными в биржевой лист, — живут как кто-то, постоянно могущий упустить нечто. Лучше делать что-нибудь, чем ничего не делать – и этот принцип оказывается петлей, накинутой на всякое образование и всякий более развитый вкус. И поскольку в этой рабочей спешке явным образом исчезают все формы, то исчезает также и само чувство формы, способность слышать и видеть мелодию движений. Доказательством тому служит требуемая нынче повсюду топорная ясность во всех ситуациях, где человек хочет быть честным с людьми: в общении с друзьями, женщинами, родственниками, детьми, учителями, учениками, начальниками и правителями, — нет уже больше ни времени, ни силы на церемонии, на вкрадчивые любезности, на всяческий esprit развлечений и вообще всяческий otium. Ибо жизнь в охоте за прибылью вечно принуждает к тому, чтобы на износ растрачивать ум в постоянном притворстве, коварных хитростях или опережении: доподлинной добродетелью оказывается теперь умение сделать что-либо в более короткий срок, чем это удастся другому. И, таким образом, лишь редкие часы отведены дозволенной честности, но к этому времени уже устают и хотят не только расслабиться, но и растянуться вдосталь и самым пошлым образом. Под стать этой склонности пишут нынче и письма; их стиль и дух всегда будут действительным знамением времени. Если еще находят удовольствие в обществе и искусствах, то это схоже с удовольствием, которое надумывают себе заработавшиеся рабы. О, уж эта невзыскательность радости у наших образованных и необразованных! О, уж эта нарастающая подозрительность ко всякой радости! Работа все больше и больше перетягивает на свою сторону всю чистую совесть: склонность к радости называется уже потребностью в отдыхе и начинает стыдиться самой себя.

   Мы в долгу перед нашим здоровьем

– так говорят в случае, если оказываются застигнутыми на каком-нибудь пикнике. Да, в скором времени могло бы даже дойти до того, что склонности к vita contemplativa поддавались бы не иначе, как презирая себя и с нечистой совестью. – Что ж! Прежде все было наоборот: нечистая совесть принадлежала самой работе. Человек хорошего происхождения скрывал свою работу, когда его приводила к ней нужда. Раб производил свою работу под гнетом чувства, что он делает нечто презренное, — само делание было чем-то презренным.

   Знатность и почет возможны лишь при otium и bellum

– так звучал голос античного предрассудка!
Иконка: К содержанию

330. Одобрение

Мыслитель не нуждается в одобрении и рукоплесканиях, если только он уверен в собственных рукоплесканиях себе: без них же обойтись он не может. Есть ли люди, которые не нуждаются и в этом и вообще во всякого рода одобрении? Сомневаюсь, даже о наиболее мудрых говорит Тацит, которого никак не назовешь клеветником мудрецов: quando etiam sapientibus gloriae cupido novissima exuitur – это значит у него: никогда.
Иконка: К содержанию

331. Лучше глухим, чем оглушенным

Прежде заботились о собственном добром имени: теперь этого недостаточно, так как базар стал слишком большим – нужен большой шум. Итог таков, что надрываются даже хорошие глотки, и лучшие товары предлагаются к продаже сиплыми голосами; нынче нет уже гения без базарного крика и сиплости. – Конечно, для мыслителя настали скверные времена: он вынужден учиться между двух смежных шумов находить свою тишину и притворяться глухим, покуда и сам не оглохнет. Пока же он не выучился еще этому, ему, разумеется, грозит опасность погибнуть от нетерпения и головной боли.
Иконка: К содержанию

332. Злой час

Должно быть, у каждого философа был свой злой час, когда он думал: какой во мне толк, раз не верят даже плохим моим аргументам! – И тогда пролетала над ним какая-то злорадная птичка и чирикала:

   Какой в тебе толк! Какой в тебе толк!

Иконка: К содержанию

Фридрих Ницше. Веселая наука. Первая книга   Вторая книга    Третья книга   Четвертая книга   Страницы   20   21   22   23   24   25   26   Пятая книга

Грач — корень зла

Картинка: Грач - корень зла

Окончание К началу
Мудрость и глупость
   Не страшно, если вас оставили в дураках, хуже, если вам там понравилось

   Не считайте меня за дурака! Я и сам считать умею

   Не тот дурак, кто дурак, а тот дурак, кто с дураком связывается

   Недостаток сообразительности с избытком возмещается тупостью

   Некоторые считают себя гениями только потому, что природа отдыхает на их детях

   Некоторым людям для того чтобы сказать глупость, все равно необходимо подумать

   Нет ничего лучше, чем слушать молчание дураков
Сократ
   Нет хуже дурака, чем старый дурак. У него больше опыта

   Ни что не дается так дешево и не обходится так дорого, как бестолковость

   Никто друг друга лучше не поймет, чем два дурака

   Никто так не восхищается вашим умом, как тот, кто собирается оставить вас в дураках

   Нынче дураки в колпаках не ходят — они под колпаком живут. Но еще больше дураков любят под этот колпак заглядывать

   Образованный человек может всю ночь переживать из-за того, что дураку и не снилось

   Общественное мнение формируют не самые мудрые, а самые болтливые

   Одна голова — хорошо, а с умом лучше

   Однажды мудрый Диоген вернулся к своей бочке — а её нет! После этого он стал ещё мудрее…

   Одни выживают из ума, другие так никогда и не вживаются в него

   Одни считают, что гениальность передается по наследству. А другие детьми не обзаводятся

   Одних разум покидает перед смертью, других — после рождения

   Одного умного бывает мало, одного дурака всегда много

   Он был умным и пытался изменить мир, он стал мудрым и изменил себя. Так в мире стало одной сволочью больше

   Он давно уже обещал собраться с мыслями — но собрание так и не состоялось

   Она не слышала от него ни одного ласкового слова, кроме слова дура

   Опасность мудрого в том, что он больше всех подвержен соблазну влюбиться в неразумное

   От нечего делать пьют только дураки. Умные всегда найдут причину

   Очень трудно иметь дело с людьми, у которых ума не хватает даже на то, чтобы не показывать его количество

   Плохой хозяин растит сорняк, хороший — выращивает рис, умный — культивирует почву, дальновидный — воспитывает работника. Японская мудрость

   По статистике на одного злого гения приходится около 100000 добрых бездарностей

   Порой в голову приходят такие глубокие мысли – что их невозможно оттуда извлечь…

   Порядочная сволочь — это равносильно умному дураку…

   Почти каждому мудрому изречению соответствует противоположное по смыслу — и при этом не менее мудрое

   Природа не терпит пустоты: вот почему место освобожденное одним дураком, тут же занимает другой

   Прислушаться к сомнениям, иногда означает, проявить мудрость

   Проявить мудрость в чужих делах куда легче, нежели в своих собственных

   Пуля — дура, и часто это отражается на главнокомандующих

   Разговаривать с дураками — все равно, что зажигать свечи для слепых

   Разница между умным человеком и дураком в том, что дурак повторяет чужие глупости, а умный придумывает свои

   Роились мысли в голове, но, ни одна не укусила

   Россия без дураков, как цирк без клоунов. Унылая Европа

   С астрологической точки зрения, даже абсолютный дурак — звёздная величина

   Сила нужна, чтобы преодолеть слабость, но не для того, чтобы заменить мудрость

   Существует множество способов быть дураком, но любой дурак обязательно выберет самый худший

   Там, где умный ставит задачу, дурак — создает проблему

   Тебя могут поиметь через компаньона, работу, бутылку, этикетку, да и просто так, если ты дура

   Только дураки повторяют свои ошибки. Умные совершают новые

   Только покойники и дураки никогда не меняют взглядов

   Тот, кто смеётся последним, смеётся быть может и лучше всех, но приобретает репутацию дурака

   Тот, кто упорствует в своём безумии, в один прекрасный день окажется мудрецом

   У мудрости всего один недостаток — невозможность совершать глупости

   У нас не враги за каждым углом, у нас дураки на каждом шагу

   Ум берёт один барьер за другим, а глупость вообще не знает преград

   Ум у него был светлый, можно даже сказать прозрачный

   Ум хорошо, а дураком лучше

   Умная мысль может пpийти и к дуpаку. Hо с ее стоpоны это будет глупостью

   Умнеть надо медленно – иначе сразу сожрут!

   Умные люди владеют информацией, а мудрые — результатом ее обработки

   Умные люди умеют хорошо воспользоваться благоприятными обстоятельствами. А мудрые умеют эти обстоятельства создавать

   Умные мысли иногда преследуют меня, но я бегаю быстрее!

   Умные не обижаются, они делают выводы…

   Умные стремятся владеть информацией, мудрые — результатом ее обработки

   Умные, это те, кто зарабатывают деньги своим умом, а мудрые, это те, на кого это умные работают

   Умный и дурак всегда будут загадкой друг для друга

   Умный человек способен творить безумства, а дурак лишь делать глупости

   Умным можно и стать, а дураком надо родиться

   Холостой мужчина — мудрец; женатый мужчина — философ; дважды женатый мужчина -… придурок…

   Часто бывает так, что есть, над чем задуматься, а нечем

   Человек, как зеленый горошек бывает мозговых и немозговых сортов

   Человек, признающий свою ошибку, когда он не прав, — мудрец. Человек, признающий свою ошибку, когда он прав, — женатый

   Человеческая глупость дает представление о бесконечности

   Чем больше в голове извилин, тем труднее ими пошевелить

   Чтобы поставить дурака на свое место, иногда достаточно потесниться

   Это только дураки преодолевают все трудности. Умные люди их обходят

   Я — философ, а это значит у меня есть вопрос на любой ответ

   Я абсолютно уверен, что лишь дураки могут быть абсолютно уверены в чем-то

   Я знаю достаточно, чтобы промолчать

   Я знаю, что ничего не знаю, а другие не знают даже этого

   Я не дурак! Но, к сожаленью, только выпить!

   Я не дурачусь. Просто жизнь дурацкая и приходится ей подыгрывать

   Я не такой дурак, как ты выглядишь

   Я такая пьяная, когда дура! Или наоборот, я такая дура, когда пьяная!

   Я твой покой умом не потревожу

Текст публикуется по Грач — корень зла
icon: К началу icon: На предыдущую страницу icon: Наверх

Allegra, Е. Лубяницкий. Владимир Высоцкий о науке

   Хотя никто и нигде не писал, любил ли Владимир Высоцкий пить чай, Чайный Клуб всегда с обожанием относился к его творчеству.
   В далекие 60-е прошлого века человек совершил рывок в космос. И тогда же, в какой-то мере под влиянием фильма 9 дней одного года, люди начали интересоваться ядерной физикой, настолько привлекательным оказался персонаж А. Баталова.
   Видимо, пришло время восстановить справедливость. Мы представляем известные нам песни Высоцкого о науке, и предлагаем всем знатокам его творчества присоединиться к поиску других песен Высоцкого о науке.
   Ваши изыскания будут опубликованы.
   Комментарии к роликам сделаны по книге.
Владимир Высоцкий. Песня студентов-археологов
   Эту песню… я тоже предполагал для фильма, но там уже кто-то опередил — там была другая студенческая песня, вроде Через тумба-тумба раз… и так далее. А у меня-то была песня специфическая, потому что мне сказали, что там едут студенты-археологи…
Из выступления в АН СССР, 1967
Владимир Высоцкий. Письмо в редакцию телевизионной передачи Очевидное — невероятное из сумасшедшего дома — с Канатчиковой Дачи
1977
   Вариант текста двух куплетов перед последним:
Больно бьют по нашим душам
Голоса за тыщи миль, —
Зря Америку не глушим,
Зря не давим Израиль:
Всей своей враждебной сутью
Подрывают и вредят —
Кормят, поят нас бермутью
Про таинственный квадрат!

Лектора из передачи!
Те, кто так или иначе
Говорят про неудачи
   И нервируют народ!
Нас берите, обреченных, —
Треугольник вас, ученых,
Превратит в умалишенных,
   Ну а нас — наоборот
icon: Next